Прорывист

№ 2/30, II.2019

Одним из любимейших аргументов рабочелюбцев являются рассуждения в духе «вот если исчезнут все рабочие, будете вы сидеть в нетопленных квартирах без света, канализации и интернета вашего, ха-ха, тоже не будет».

На самом деле, это весьма уязвимый аргумент, выдающий примитивность мышления его авторов. Кто противопоставляется рабочим в рассуждениях рабочемольцев? Буржуазия, интеллигенция, служащие, студенты, обслуживающий персонал. То есть, все лица не физического труда или не трудящиеся так или иначе. Опустим буржуазию, как, действительно, в силу своей малочисленности и откровенно паразитического существования, неспособную на то, чтобы взять в свои руки исполнительскую деятельность самостоятельно в полной мере. Однако говорить о том, что мир рухнет, никак нельзя. Ну, предположим, уйдут рабочие с электростанций, остановив турбины. Но вот вопрос — а что, рабочие проектировали электростанции? Они писали инструкции и регламенты по эксплуатации? Остальные не умеют читать или не освоили школьного курса в той же мере, чтобы прочитать и понять принципы работы и способы эксплуатации? Ребята, хватит надуваться лягушкой, горой все равно не станете. Придут на ваше место другие люди, обучатся и встанут. В Африке, может, так оно и будет, коллапс, Армагеддон, каменный век, так как очень большой разрыв в уровне образования между управляющими и исполнителями. Но не в РФ. У нас еще достаточно большой задел советской системы образования, и средний уровень образования еще относительно высокий.

Но тут даже не в этом дело. Дело, по-хорошему, не в готовых кадрах, а в способности организовываться для решения проблем и грамотно подбирать кадры для их решения. При забастовках основной момент хаоса экономики — это плохая организация правящего класса и физический захват средств производства забастовщиками. Практика ж показала — при забастовках трамвайщиков рядовой состав полиции наскоро обучали и пускали на линию. В Гражданскую войну военные эшелоны ВСЮР возили в значительном количестве офицерские бригады. Например, у корниловцев и марковцев свои бригады были, поэтому в железнодорожных катастрофах по вине паровозной бригады они потерь не несли. При должной организации, безусловно, экономические проблемы решаемы даже меньшинством населения и без привлечения кадровых рабочих. Нет, есть задачи, которые таким образом белые решить не могли — например, противостояние массовой РККА кадровыми офицерскими полками или сельхозпроизводство в условиях массового крестьянского саботажа. Но их и РКП(б) решить не могла, даже имея на своей стороне значительную часть городского пролетариата.

РКП(б) потому и могла позволить себе отправить с производства пару дивизий кадровых рабочих, что уже в 1918 система обучения новых кадров и организации производства с учетом этого фактора была налажена (правда, еще в ходе империалистической войны). СССР очень быстро и грамотно пополнял кадры, расставлял технических специалистов на ключевые места производства, и потому поставил под ружье 30 миллионов человек в ВОВ в условиях, когда потерял почти половину территории и 3 миллиона только пленными в первый же год войны [по поводу потерь см. справку — Редакция].

Иными словами, рабочий сам по себе является легко воспроизводимым и заменяемым ресурсом, отсутствие которого — чисто организационная, а не системная проблема. Утопические надежды на то, что рабочие сами по себе простым отказом от работы перевернут с ног на голову все общество, просто в силу своего места в производстве — это глупые интеллигентские иллюзии. Коммунисты считали рабочих перспективным классом только в силу того, что больше в капиталистическом обществе нет никого для этого более-менее подходящего. И опасен он буржуазии не тем, что, отказавшись от работы, сможет остановить всю жизнь в обществе, а только массовостью, которая при наличии должной должной организации (партии научного централизма) способна отстранить от власти буржуазию и организовать производство на основах общественной собственности.

Роль забастовок, даже всеобщих, в революционном процессе не столь глобальна, как предполагают деятели из РКРП и всяких мелких «компартий». Буржуазия вполне может справиться при должной организации и с этим, как зарывание в землю и маскировка вполне помогает выжить во время артобстрела. Другое дело, что в определенных ситуациях у буржуазии может не оказаться ни организации, ни времени на преодоление локальных трудностей, точно так же, как у воинского подразделения может не оказаться ни грамотных офицеров, ни времени на окапывание. Но строить план военной кампании на том, что противник не окопается, и мы его накроем, просто глупо.

Исходя из этого, упершиеся рогом в забастовки левачки страдают полной ерундой. Важно помнить, что основная проблема — не захватить власть, основная проблема — ее удержать и организовать производство. Надо готовить наш офицерский состав — людей, которые смогут организовывать производство, госаппарат и армию. Чтобы в любой благоприятной ситуации мы смогли бы развернуть армию, захватить производство (неважно каким способом — забастовкой или просто размещением на ключевых объектах отрядов Красной гвардии), развернуть свой госаппарат и тем самым свергнуть буржуазию явочным порядком, а не вынудить её забастовкой подписать юридические бумажки типа «о принятии Советской конституции». Масштабный отказ от работы на буржуазию — это локальное, временное и не всегда действенное средство, на котором нельзя строить стратегию.

И. Бортник
18/02/2019